О выборе подстилаться и много о чем еще.

Неприятно это писать, и даже думать об этом, но — как есть. Хотя, это осознание так давно ко мне подбиралось вплотную, что даже истерики какой-то особенной я сейчас не испытываю.

Постараюсь кратко, не рассусоливать.

Я анализирую свою жизнь, в детстве и сейчас, и прихожу к выводу, что я сильно преувеличиваю то, как социум, биологическая семья и прочие институты меня покорежили, тем самым я отказываюсь брать ответственность за ту реальность и ту личность, которую я сформировала своими руками.

На самом деле с самого детства у меня было намного больше свободы, чем мне нравится себе представлять. Реально на самом деле никто не мог мне противостоять мало-мальски серьезно, никто не угрожал мне какими-то выдающимися мерами насилия и ограничения. В основном на меня только гавкали. Все ограничения я выстроила себе сама, я сама превратила свою жизнь в тюрьму, совершенно добровольно и по собственной воле. Мне стоило лишь щелкнуть пальцами, и все мои мифические «оковы» рассыпались бы в прах, мне ничто не угрожало и я ничем не рисковала таким особенным.

Люди, которые меня окружали, просто высказывали вслух то, какой бы они хотели меня видеть, и я покорно и добровольно принималась подпиливать себя под их запросы. Откуда эта подстилочность?

Дело в том, что больше всего на свете всю жизнь я боялась …. боли. Моральной и физической. И почувствовать себя плохой. Я еще не поняла откуда это тянется, когда зародился именно этот запрет, но страшнее смерти для меня было почувствовать себя плохой девочкой, мерзкой и отвратительной.
Механизм простой, как морковка — людям которые меня окружали достаточно было просто озвучить свои пожелания относительно меня и периодически на меня погавкивать.  Меня даже не надо было бить, не пускать гулять и т.д. Когда на меня гавкали — я чувствовала себя очень плохой, и от этого чувствовала невыносимую боль, и после этого я была готова на все. Я сама складывала оружие, выдумывала компромиссы, и сама отказывалась от всего. Таким образом мной мог манипулировать кто угодно — начиная от родителей, заканчивая школьными подружками. Для этого даже не надо было усилий прикладывать.

Когда мне исполнилось лет 12, моя потребность в простом человеческом тепле, таком как прикосновения, потиски, обьятия, поцелуи, секс — вышла на свой пиковый уровень, и когда я начала встречаться с мальчиками — к этому добавился еще один механизм.

Я поняла, что если я не буду выполнять того, чего от меня хочет мальчик который снизошел до того чтобы осчастливить меня отношениями (именно так я к этому относилась тогда), то на меня будут гавкать, и я почувствую себя плохой, и это будет больно, но еще мальчик может бросить меня и лишить меня ласки, обнимашек, поцелуев, секса, и тогда будет не просто больно, а полный пиздец, я просто умру.

Улавливаете абсурд — моему окружению, моим мужчинам даже не приходилось манипулировать мной, заставлять меня, ломать мою волю, перевоспитывать меня. Им достаточно было просто озвучить вслух свои пожелания, дальше я благополучно дорисовывала финал истории — что будет если вдруг я сделаю по своему, и совершенно добровольно выбирала как угодно себя сломать и подстроится, чтобы соответствовать, и получать одобрение и прикосновения.

Но Истинная Суть не дремлет.

Конечно же у меня были свои мечты и желания, моя Суть вовсе не собиралась играть в мои игрушки. И каждый раз когда у меня возникали желания, которые противоречили тому, что от меня ждал ( не требовал истово, а именно ожидал социум), каждый раз когда резонаторы снаружи — фильмы, музыка, картинки, воспоминания — напоминали мне о моих смелых безумных мечтах — я снова корчилась от боли, плакала «без причины» и жизнь теряла в моих глазах всяческий смысл и краски. Это было очень больно. И поскольку боли я очень боюсь — боли и быть плохой, я постепенно научилась вообще не слышать свои мечты, желания, заглушила голос Сути  и перестала реагировать на сигналы изнутри. Чтобы не чувствовать боль.

Вот уже больше года я занимаюсь нейронкой. Знакома с селекцией. В общей сложности два с половиной года в целом я нахожусь в поиске себя настоящей. И мне все еще невероятно тяжело — сесть на стул, ничего не делать и просто почувствовать — чего я хочу прямо сейчас? Я ничего не хочу. Ничего не чувствую. Во мне глухо как в танке. Большую часть моей бытовой жизни. Бывают моменты, когда озаренное состояние зашкаливает, и меня разрывает от идей, радостных желаний, страсти жизни и драйва. Но их можно пересчитать по пальцам, я могу поштучно вспомнить каждый эпизод. Мне двадцать шесть, и я все еще не научилась слышать свои мечты и чувствовать свои желания. Мне двадцать шесть, и лишь сейчас я с хорошей долей похуизма начала относится к тому, когда на меня гавкают или  говорят мне что-то, что заставляет меня чувствовать себя плохой. Сколько еще времени мне понадобится, чтобы в каждую секунду жизни я могла четко различить внутри — чего я сейчас хочу? Какой мой вектор движения в Здесь и Сейчас?

Им даже не приходилось прилагать усилия. Они просто озвучивали свои желания, и я сама шла и воплощала ИХ ожидания в МОЮ жизнь. У меня всегда был выбор. Все чем я стала — я сделала это сама. Больше всего на свете я хотела чтобы на меня не гавкали и давали мне тепло.  За это я продала все.

Все те «жертвы» , на которые я якобы пошла ради моего любимого мужчины на заре наших отношений…  Слепая уверенность что теперь мне запрещено заниматься тем или этим, если ему это не по душе. Всего лишь не по душе — а я уже принимаю к исполнению. Все то, в чем я себя ущемляла САМА, и продолжаю совершенно незаметно и привычно — настолько это вросло в мою жизнь — ущемлять … Все это никому не нужно, никто не просил меня об этом. Моему мужчине достаточно было сказать «мне нравится так и так», и вместо того чтобы сказать «ух ты, круто, а мне нравится — вот так, я такая. Давай поговорим об этом», я просто шла и делала как он хотел, я воспринимала это как прямую инструкцию к действию. Хотя это не было требование, или даже просьба. Мне не хватит волос на теле и голове чтобы пересчитать сколько раз я продавала и предавала себя ДАЖЕ БЕЗ ПРОСЬБЫ.

Когда полгода назад я начала более смело озвучивать вслух свои желания, я была готова ко всему, даже к тому, что он не будет принимать новую меня и мы разойдемся.
И для меня было невероятным шокирующим открытием, что небеса не рухнули на землю, мир не прекратил свое существование от того что я раз за разом открывала рот и говорила что мне нравится, чего я хочу, о чем я мечтаю. Даже конфликты, которые у нас возникали, были не такими уж и болезненными. Я поняла — от боли никто не умирает, и от того что на тебя гавкают — тоже смерть не наступает, но как ценно быть искренним и зафиксировать в реальности свою точку зрения, свое желание, свою позицию. И какая совсем другая жизнь наступает после того, как все переговоры окончены, и жизнь не отравлена отказом от себя и гнилым компромиссом. Жизнь наполняется какой-то особенной свежестью и легкостью.
А самый большой ахуй я испытывала в те моменты, когда он тихим и спокойным голосом говорил мне — почему ты раньше этого не делала, если ты всегда этого хотела? Ты же всегда могла это делать. Почему ты раньше молчала? И реагировал совершенно адекватно на то, что в моем представлении было шагом к расстрелу буквально.

Какой была бы моя жизнь, если бы я не боялась боли и почувствовать себя плохой? Какой была бы моя жизнь, если бы я всегда ставила ценность Себя выше одобрения и тепла снаружи? Если бы я всегда с несгибаемым похуизмом относилась в конфликтам? Какой была бы моя жизнь если бы я не боялась открывать рот и говорит, не боялась бы экспериментов и проб, рискуя всего лишь таким малым — не жизнью, всего лишь рискуя нарваться на конфликт…

Комментировать

*